6.Профессионализм, взаимозаменяемость, взаимовыручка, флотская дисциплина — главное условие боеспособности экипажа
(Знать и исполнять свое дело только на отлично! Ответственность за себя и других – норма поведения на флоте. Освоение смежных профессии. Помогать товарищу в трудный момент. Море не любит разгильдяйства. Недисциплинированность одного может закончится катастрофой. Никакой расхлябанности. Нравственная сторона воинской дисциплины. Воинская дисциплина это прежде всего высочайшая требовательность к себе и товарищам)
Однако, возвратимся на борт пл. С-332, несущую боевую службу в Японском море, где испытания экипажа на прочность и стойкость духа еще не кончились. Не помню точно, в какие сутки похода, но во время очередной подзарядке АБ, при состоянии моря в 6-7 баллов, да еще шел мокрый снег, а видимость почти нулевой, внезапно, вышло из строя управление вертикальным рулем. Перевод управления из центрального поста в 7-ой отсек вручную, эффекта не дало. Лодка потеряла управление, ее немедленно развернуло лагом к волне. Высота мостика пл. 613 проекта составляет около 3-х метров, поэтому при таком волнении моря началась сильнейшая бортовая качка. Крен на оба борта достигал до 70-ти градусов. Вода почти непрерывным потоком стала поступать в центральный пост через верхний рубочный люк.
Это было чревато возникновением пожара, т.к. непосредственно под трапом установлен РЩ-1 (распредщит), а в трюме ЦП размещены водоотливные средства и другие электромеханизмы.
Пришлось немедленно прекратить зарядку АБ, остановить дизеля и задраить верхний рубочный люк. В результате разбора сложившейся ситуации было установлено, что муфта, соединяющая телемотор вертикального руля с толкателем баллера рассоединилась. Как позже выяснилось, причиной аварии был производственный брак. Сложность работ по устранению неисправности заключалась в том, что расположена муфта в кормовой части 7-го отсека, между торпедными аппаратами. Место очень узкое, там одному человеку развернуться негде. Устранять неисправность вызвались: командир БЧ-5 капитан-лейтенант Б. Ярчук и боцман В. Высокин. Как они вдвоем умудрились добраться до места в условиях сильнейшей качки, когда перо руля постоянно болталось по воле волн, могут рассказать только они сами. В конце концов им удалось завести толкатель баллера в муфту телемотора и надежно закрепить резьбовое соединение. Для надежности соединение было еще приварено электросваркой. Эту работу удалось завершить через 3-4 часа.
Последствия аварии были минимальные. Как известно, при подготовке на полную автономность подводные лодки любых проектов загружаются всеми видами довольствия, как говорится, под завязку. Так как подсобных помещений не хватало, то часть запасов, в том числе и продуктов, разместили по отсекам. Несколько ящиков сухофруктов и сахара были подмочены соленой морской водой: поэтому компот получался несколько « солоноватый».
Сейчас, размышляя с позиции зрелого подводника, хочется отметить характер и твердость духа моего командира пл. капитана 2 ранга Попова Г.Ф.
Не каждому командиру выпадает такая участь: в одном походе столько раз оказаться в критической ситуации, где надо принимать нестандартное решение. Докладывать на КП флота о происшествии на пл. или нет? Если доложить, то немедленно поступит приказание о возвращении в базу. Если не доложить, то всю ответственность за последствия будет нести командир. Конечно, досрочное возвращение с боевой службы, считалось в любом случае, как ЧП. Разбирались в каждом конкретном эпизоде досконально и нам в данном случае никаких претензий, думаю, не было бы. Но командир принял решение доложить обо всех происшествиях по возвращении в базу. Такое решение тоже учеба для молодых офицеров, как я. В последствии это нашло подтверждение в моих ситуациях, в которых случалось попадать мне позднее, проходя службу на более высоких командирских должностях. Об этом разговор будет ниже.
Хочу немного подробнее рассказать про ощущения болтанки в море, находясь без хода при сильной качке. Кто не испытал сам, тому трудно представить себе это ощущение. Этот кошмар в полном смысле этого слова. Бурливое, седое море, клубясь и пенясь, взлетает высокими валами из своей бездонной пропасти и рвется к пропасти неба, где изредка блестят яркие звезды и молниеносные стрелы то и дело бороздят мрачный свод, отражаясь в бушующих волнах. Корабль, как щепку, бросает из стороны в сторону, и сердитые волны налетают на него со всех сторон, как бы оспаривая друг перед другом свою жертву. Крены и дифференты лодки не измеримы по амплитуде, все, что плохо закреплено, летит с борта на борт, держишься руками за клапан одного борта, а ноги летят к противоположному борту.
В таких условиях не только работать, просто устоять на месте невозможно. Но моряк, человек закаленный морем, преодолевал и не такие трудности, проявляя смекалку и инициативу. Недаром говорят, что флотские традиции, у подводников особенно, живут и передаются от поколения к поколению. Если вспомнить в каких тяжелейших условиях воевали советские подводники в годы Великой отечественной войны 1941-45 году, то наши трудности в мирное время, безусловно, не идут ни в какое сравнение. Например, подводникам-балтийцам приходилось выполнять боевые задачи в крайне стесненных условиях, на малых глубинах, где бесчисленное количество банок, отмелей, скал, островов, шхерных районов, ледовый покров, отсутствие навигационного оборудования, наличие серьезной минной опасности и сильно развитой системой противолодочной обороны врага.
Таких трудностей не испытывал в годы мировой войны ни один из иностранных флотов. Несмотря на это наши подводники действовали активно, решительно и смело. Они настойчиво искали и топили в море вражеские суда и корабли, постоянно совершенствовали и укрепляли свое боевое мастерство, развивали тактику морского боя, применяя новые более эффективные методы боевого использования подводных лодок и их оружия.
Бывший адмирал немецкого флота Ю. Ровер писал: «Сила русских подводников состоит в их готовности к самопожертвованию.
У советских подводников нет недостатков ни с боевой готовностью и стойкостью, ни в необходимых штурманских и тактических способностях».
Подтверждению этих строк могут служить многие беспримерные подвиги командиров подводных лодок и их экипажей. Это балтийцы Герои Советского Союза: С.Н. Богорад, М.С. Калинин, В.К. Коновалов, С.П. Лисин, И.В. Травкин, северяне В.Г. Стариков и М.И. Гаджиев, и многие другие заслуженные подводники.
Наибольших успехов добился экипаж подводной лодки С-13 под командованием капитана 3 ранга А.И. Маринеско, который по праву называется в России подводником № 1.
Вот как описывает события тех дней очевидец.
Успешное наступление Советской Армии в 1945 году и ее продвижение вдоль южного побережья Балтики вызвали необходимость переразвертывания наших подводных лодок в юго-западную часть Балтийского моря. В январе месяце в район Данцигской бухты была направлена «С-13». Командовал ею А.И. Маринеско, бывший торговый моряк Одесского пароходства. До сорок третьего года капитан 3 ранга Маринеско командовал «малюткой» «М-96» и имел на своем счету несколько потопленных фашистских транспортов.
Метеорологические условия во время этого похода крайне не благоприятствовали действиям «С-13». В первую половину мешали штормовая погода и светлые лунные ночи, а вторая – сопровождалась снегопадами и дождями, ограничивавшими видимость.
В ночь на 30 января, около девяти часов вечера, стоя на мостике с любимой трубкой, Александр Иванович заметил вспышку большого огня. Как опытному моряку, ему сразу стало ясно: на затемненном корабле кто-то открыл дверь, ведущую на верхнюю палубу, автомат не сработал, электролампа в коридоре не погасла, и вот результат – корабль обнаружен.
«Товарищ Василенко, Вы что-нибудь сейчас видели?» — обратился Маринеско к вахтенному офицеру. Ему все еще казалось, что, возможно, это оптический обман.
«Так точно, видел сноп света, справа сорок градусов,» — подтвердил старший лейтенант Василенко.
«Право руля», — последовала команда Маринеско – «курс сто девяносто».
Вскоре Маринеско обнаружил едва заметные два белых огня, они принадлежали лайнеру и сторожевому кораблю. Но Александр Иванович посчитал, что имеет дело с легким крейсером типа «Нюрнберг», — уж слишком быстро эти огни перемещались в сторону, в западном направлении. Такие скорости обычно имеют военные корабли. Принимая все меры предосторожности, Маринеско начал торпедную атаку в надводном положении.
В 22 часа 08 минут «С-13» пересекла курс конвоя за кормой и легла на параллельный курс уже со стороны берега.
Такая позиция для атаки – между берегом и противником – часто обеспечивает успех, так как враг ожидает нападения главным образом со стороны моря.
Через час «С-13» прорвалась сквозь охранение, и, заняв выгодную позицию, в 23 часа 08 минут Маринеско дал залп из четырех носовых торпедных аппаратов. Последовали три мощных взрыва: одна торпеда взорвалась в носовой части, вторая – в середине и третья – в кормовой части транспорта. Четвертая торпеда почему-то из торпедного аппарате не вышла.
Лайнер «Вильгельм Густлов» — водоизмещением более 25 тысяч тонн – стал быстро тонуть. К гибнущей девятипалубной громаде бросились на помощь корабли охранения.
На следующий день зарубежные газеты были заполнены сенсационной новостью.
«Величайшая катастрофа на море». «Гибель «Титаника» в 1912 году – ничто в сравнении со случившимся на Балтике в ночь на 31 января»: — так писали шведские газеты.
Гибель лайнера всполошила весь фашистский рейх. В стране был объявлен трехдневный траур. В экстренном сообщении берлинского радио говорилось, что командир подводной лодки, торпедировавшей лайнер, приговорен заочно к расстрелу и объявлен «личным врагом Германии».
Гитлер в припадке ярости приказал расстрелять командира конвоя. Фюрер не мог забыть, как в 1938 году, когда в Гамбурге это «чудо германской техники» спускалось со стапелей, он лично принял участие в его «крещении» и на банкете предлагал выпить за величие Германии.
Теперь огромный пассажирский лайнер с плавательным бассейном, гимнастическим залом, танцзалами, ресторанами и кафе, зимним садом, церковью, комфортабельными каютами и личными апартаментами фюрера стал бесформенной грудой металлолома, скрылся в пучине Балтики.
Спешно была создана специальная комиссия по расследованию обстоятельств гибели корабля. Фюреру и его компании было от чего сокрушаться, беспокоиться и объявлять траур. На лайнере погибло почти шесть тысяч эвакуировавшихся из Данцига представителей военной элиты, в своем бегстве опередивших отступающие гитлеровские войска.
Скопившиеся в этом когда-то вольном городе Данциге, в 1939 году, насильно присоединенном к фашистской Германии, высокопоставленные нацистские правители – губернаторы, прусские юнкера, помещики-колонизаторы и другие любители «жизненного пространства» — попали в «котел». Гитлер пытался вывести весь этот «цвет» на «Вильгельме Густлове» в Германию.
На этом же лайнере утонуло 3 тысячи 700 подводников, эвакуировавшихся из школы подплава. Это добрых сто экипажей подводных лодок среднего тоннажа.
После «Атаки века» — так стали называть эту дерзкую по замыслу и исполнению торпедную атаку, памятуя советы опытных подводников о том, что тактика командира подводной лодки в прибрежном районе должна резко отличаться от обычной тактики, когда лодка в открытом море. Маринеско, после атаки, перешел к вражескому берегу, и на несколько часов С-13 легла на грунт.
Маринеско хорошо знал, что такое соль морской службы – ее суровую суть, ее горьковатый вкус. И люди, работавшие рядом с ним, всегда действовали точно, четко, без суеты, как бы ни была сложна обстановка.
Личность командира, вообще все его качества, как моряка и человека ярче всего проявляются в торпедной атаке. Его поведение определяет и поведение экипажа. Спокойный, уверенный в своих действиях, никогда не повышавший голос, Маринеско всегда был для своего экипажа примером честности и справедливости. Личное мужество и отвага командира Маринеско придавали силы и мужество его подчиненным. Такие качества настоящего человека никогда не перестанут восхищать и волновать людей.
Трудно плавать на Балтике в зимнюю пору, особенно в холодный и лютый февраль. Шли десятые сутки после потопления «Густлава». С-13 продолжала боевые действия в южной части Балтики. Свирепый шторм со снегопадом мешал вести наблюдение. Казалось, что в такую погоду вряд ли кто отважится выйти в море. Но в полночь, когда метель немного стихла, сигнальщик обнаружил вспышку огня. Снова, как и при атаке лайнера пришлось догонять цель, маневрируя в надводном положении в темной части горизонта, ближе к берегу, Маринеско начал выходить в торпедную атаку.
Только после войны стало известно, что в ночь на 10 февраля 1945 года, в 2 часа 50 минут по московскому времени, был потоплен вспомогательный крейсер «Генерал Штойбен» водоизмещением 15 тысяч тонн. На нем погибло 3 тысячи 600 гитлеровских солдат и офицеров, спешивших с Курляндского плацдарма на защиту Берлина.
Как подводник, восторгаясь боевыми делами Александра Ивановича Маринеско, согласен с мнением, что удары, нанесенные им, наглядно подтверждают, что подводная лодка является таким кораблем, который, действуя отдельной боевой единицей с небольшим числом людей, способен внести значительный вклад в общий военный успех. Даже в том случае, если лодка ценой собственной гибели потопит хотя бы один транспорт противника, груженый боеприпасами, войсками, танками или другими важными военными грузами, этот успех неоспорим.
Подводя итоги действий подводников за всю войну, только на Балтике они выполнили 239 торпедных атак, израсходовав при этом 479 торпед. Потоплено 125 транспортов, общим тоннажем 360 тысяч брт и 24 боевых корабля. В среднем на уничтожение одного транспорта требовалось 4 торпеды. Кроме того, подводники выставили 278 мин, на которых погибли 20 транспортов и 16 боевых кораблей. Расход на потопленную единицу составил порядка 7 мин. Следует отметить, что подводники периодически использовали артиллерию лодок. Огнем уничтожено 7 транспортов и 2 малых боевых корабля.
Советское Правительство высоко оценило ратный труд подводников Балтики:
— 8 подводных лодок стали Краснознаменными (Щ-307, Щ-310, Щ-320, Щ-323, Щ-406, С-13, «Лембит», К-52 ).
— экипажам трех балтийских лодок присвоено звание «Гвардейских»: (Щ-303, Щ-309, Л-3 ).
— орденом Красного Знамени награждена бригада подводных лодок. После войны преемников награды стала 14 эскадра подводных лодок, начальником штаба которой мне довелось служить с 1984 года по 1991 год.
Подвиги советских подводников навсегда останутся в памяти народной.
Имена многих командиров подводных лодок Героев Советского Союза запечатлены в названия улиц, музеев при школах, набережных. Например имя А.И. Маринеско — звание Героя присвоено в 1990 году (посмертно ) носят: улицы в Санкт-Петербурге и Одессе, музеи в Калининградской и Калужской области. Слава, пусть и не всегда своевременно, обязательно находит и отмечает достойных.
