По седому по фиорду
Это я на субмарине иду
У гранитных берегов
На виду.
По седому по фиорду
Один,
Как краса морей,
Дитя природы –
Дельфин.
В изумрудную ныряю
Волну.
Я в поход, я в океан,
В глубину.
Будут вахты,
Будут чуткие сны,
Будет тяжесть и покой
Глубины.
А пока ласкают мне бока
Ветер, волны,
Белый свет.
Облака.
Невидимые пахари глубин
Бурун. Толчок.
Присела, понеслась!
Мы перешли с моторов на турбину.
Какая мощь! Какая дрожь и страсть!
Уже волна ласкает нашу спину.
Уходим на работу в океаны
Невидимые пахари глубин.
Для жизни мирной, как это ни странно,
Нужны ракеты наших субмарин.
В холодный мрак и в тишину уходим,
Задраив люки, и надраив медь,
Чтоб за Россию при любой погоде
Ракеты не замедлили взлететь.
Под тяжкий груз мы подставляем плечи.
С ним нет покоя и на самом дне.
И рвутся души сквозь металл навстречу -
Из чёрной бездны к солнцу и весне.
И вот опять - присела, понеслась!
Уже идём из базы под турбиной.
Какая мощь! Нырнуть так хочет - страсть!
И вот волна скрывает субмарину.
Долго петь винтам.
Долго слушать нам.
На всплытии
Ну вот и всё! На всплытие пошли.
Гремят звонки почти пасхальным звоном.
Выносит нас к сокровищам Земли
Согласно с архимедовым законом.
Продуть балласт! Всё лишнее за борт!
Уходит прочь подводная морока
С водой за борт. Мы не потащим в порт
То, от чего седеем мы до срока.
Ещё чуть-чуть - и выйдем из воды.
В удачу мы не уставали верить.
Ещё чуть-чуть – и женщин, и цветы
Подарит нам родной скалистый берег.
Ещё чуть-чуть - расступится волна.
Обнимут нас Земли живые руки.
И в наших душах воскресит она
И цвет, и вкус, и запахи, и звуки.
Облака.
Атомная Лица
К 70-летию создания 1-ой Краснознамённой
флотилии атомных подводных лодок
Северного флота.
Город воинской славы
Не прославленный есть.
Там столица подплава,
Наша доблесть и честь.
Охраняет Россию
В Заполярье от бед
Крейсеров его сила,
Мегатонны ракет.
Там война грохотала.
Там враги не прошли.
Там в гранитные скалы
Этажи проросли.
Будем вечно гордиться
Город-воин тобой –
Нашей Атомной Лицей,
Океанской судьбой!
Это странное слово «Атрина»
Это странное слово «Атрина»
Сгенерировал Северный Флот.
Не река, не гора, не долина,
А в глубины отважный поход.
Субмарины из Западной Лицы
По приказу тогда бы могли
Разнести всех врагов до частицы.
Жаль - Союз защитить не смогли.
Но теперь нам понятны причины.
Этот фокус теперь не пройдёт!
За Россию другие «Атрины2
Сгенерирует Северный Флот!
С наградой, Западная Лица!
Я с Вами, Западная Лица!
И я держал Ваш грозный строй.
И мне позвольте погордиться
Наградой Вашей боевой.
Мне важно знать, что новой славой
Покрыты Лицы берега,
И что на севере Держава
Свой флот могучий сберегла.
Я должен знать, что в Заозёрске
Подводников с любовью ждут,
И что полярные берёзки
На сопках милых мне растут.
Нас снова втягивают в гонки,
Но все враги пойдут ко дну,
Пока Нахимова потомки
Винтами рубят глубину.
Урановая музыка глубин
Романтиков в помине не осталось,
И мы с тобой дожили до седин.
Счастливчики! Ведь нам с тобой досталась
Суровая романтика глубин.
Ты помнишь, как ныряли от причала
В подводный космос от полярных льдин?!
Чтоб побеждать! И нам с тобой звучала
Урановая музыка глубин.
— Нормально ли — в поэты в ваши лета?
Спросил журнальный деятель один.
Он где-то прав, но пусть учтут при этом
Влияние морозов и глубин.
Есть бриллианты и пустые стразы.
Есть просто угли от костра осин.
Но угли превращаются в алмазы,
Преодолев давление глубин.
Но души превращаются в алмазы
Под тяжестью немыслимой глубин.
Ох, трудна, тяжела глубина.
Если что — ни покрышки, ни дна.
Только всё же упрямо идём мы на бой
В глубину, в глубине, с глубиной.
Потому что нам в жизни была суждена
Для огранки души глубина.
Сопка Бегемот
В нашем доме из окна
Тундра Кольская видна.
Дремлет чёрная гора
Посреди болота.
Не случайно названа
Сопка Бегемотом.
Приглядись — и впрямь в болоте
Спит луна на бегемоте.
От ветров восточных кто-то
Защитил нас Бегемотом.
Есть в Крыму Медведь-гора,
Но в России знать пора —
В Лице Западной живёт
На болоте Бегемот.
С моря зверю-исполину
Тучи-швабры драят спину.
По хребту дожди идут,
В ноздри сумерки ползут.
Белая метелица
По ущельям стелется,
Иль багряный листопад
Засыпает всё подряд.
У подножья речка Лица
К морю Баренца стремится.
С речкой этой не шути —
Вброд не сможешь перейти.
А за сопкой — гладь озёр,
Словно чаши между гор.
Там Гитара и Сундук
Добредёшь до них не вдруг.
Тут Рогатое, как раз
Справа светится от вас.
Ждёт в озёрах рыбаков
Замечательный улов.
И охотник не зевай —
Зайца за уши хватай.
Куропаток примечай —
Напугают невзначай.
Сопку слева обойди —
Ждёт брусника на пути.
Если ж справа обогнёшь,
Там грибов — не донесёшь.
Север вреден для кого-то,
Только не для Бегемота.
Толстокож, невозмутим,
Мы похожи в этом с ним.
Замечательный пейзаж
Украшает город наш!
А мы мечтали не о Таити
А мы мечтали не о Таити,
О Западной Лице, уж вы нас простите.
Мечтали, чтоб нас миновала течь
Мечтали, чтоб камнем на дно не лечь.
Ведь вам не увидеть и в страшном сне,
Что значит 400 по глубине,
400 тонн на квадратный метр,
Когда от давленья спасения нет.
Когда звенит, как струна, глубина.
И тысячи метров ещё до дна.
Нет, мы мечтали не о Таити.
Мечтали о Лице, уж вы нас простите!
Мечтали, чтоб нас миновала течь,
Мечтали в тиши костерок разжечь.
И под грибочки, когда все в сборе,
Стопарь опрокинуть «За тех, кто в море».
Заполярная дискотека
Это нити солнечного ветра
Зацепились за земную ось.
Вспышки радуг, фейерверки света
Дарит людям межпланетный гость.
В тёмном небе - яркая потеха!
Танец красок как в волшебных снах.
Звёздный бал, ночная дискотека:
В море, в тундре, на полярных льдах!
По морозной Арктике соседи,
Не жалея толстые бока,
Пляшут даже белые медведи,
И во всю валяют дурака.
И пока на стеньгах небосвода
Радужная вьётся полоса,
Не уходят в чум оленеводы -
В бубен бьют и смотрят в небеса.
Это Дед Мороз для нас отгрохал
В Заполярье танцевальный зал.
Даже волны плещут в такт сполохам,
Льдины в такт стучатся о причал.
На причале разлуки
На причале разлуки
Только ветер и даль.
Опускаются руки,
Обнимает печаль.
Здесь тоска валунами
И угрюмый прибой,
Здесь шторма между нами,
Между мной и тобой.
Вот и кончились сборы —
Суета, маета,
Наши вечные ссоры —
Всё не то, да не так.
Гаснут краски и звуки,
Глухота, немота.
На причале разлуки —
Пустота, пустота.
Лишь тоска валунами,
Да угрюмый прибой.
Океан между нами —
Между мной и тобой.
За десять автономок
Подводника заслуженной женой
Объявлена приказом адмирала.
Нагрудный знак, как орден боевой,
Она хранила в ридикюле старом.
Стеснялась приколоть его на грудь.
Без исключений даже в День Победы.
-Сними значки, посмешищем не будь,
Учила жить орденоносца - деда.
Закончилось земное бытиё.
У деда водка в горле встала комом,
Когда считал сокровища её -
Один значок за десять автономок...
За тьму и холод северных ночей,
В очередях за пропитаньем муки,
За трёх красавиц, умниц дочерей,
За то, что с ним и правнуки и внуки...
Что есть Любовь? Спросили. Говорю:
-Прекрасней не найдёте в мире целом!
Я на коленях перед ней стою
У памятника "Жёнам офицеров".
Весенние журавли
Ах, какая удача - на даче
Я весенних встречал журавлей.
Проплывали, от радости плача,
Над привольем родимых полей.
И я тоже, любви не скрывая,
Помахал им согласной рукой.
И вдруг вижу - крылатая стая
Стала в танце кружить надо мной.
"Приземляйтесь - кричу им - родные.
Заждались мы на Родине вас.
Очень рады, что все вы живые,
Что вернулись, что помните нас!»
Птицы пели, махали крылами...
Но вожак снова выравнял строй.
И замолкли в дали за лесами,
Где озёра, где дом их родной.
Возвратились, теперь всё в порядке.
Из чужих неприветливых стран.
И милее мне сделались грядки,
И проклюнулся первый тюльпан.
Под шум смолистых сосен
Я повидал не мало разных мест:
Пустыни, степи, горные вершины,
И море, и цветущие долины,
И городов сиятельных стремнины,
Но дом мой, и отец мой - Русский Лес -
Край певчих вьюг, морозов и чудес.
Могучее, былинное родство!
От века мы живём его дарами.
Здесь мне и крыша, и пирог с грибами,
И леших, и кикимор баловство,
И вещих птиц, и ветра колдовство,
И рубленные избы с петухами.
Я вынянчен бревенчатой избой.
Мне сладок сон под шум смолистых сосен.
Целебен воздух, чудодейна осень.
Я груз скитаний как котомку сбросил.
Как блудный сын вернулся я домой.
Пыль улеглась. Россия. Лес. Покой.
На косогоре
Опять стою во власти нежных чувств
У рубленой избы на косогоре,
Где из окна рябины красной куст
И даль лесная синяя, как море.
У речки Кипшеньги крутые берега.
Она вот-вот с рекою Юг сольётся.
Там в устье бор шумит и русло раздаётся,
Там храм старинный берегут века.
Холодный дождик скоро будет лить
Накроет дом осеннее ненастье.
А я вдруг понял, что такое счастье –
Вот здесь стоять и в доме этом жить.
Встречать и провожать здесь журавлей.
Копать картошку с мамой в огороде,
Болтая весело о жизни, о природе…
Дышать простором убранных полей.
В конце пути вернусь я в этот дом
Над речкой на былинном косогоре.
И будет ветер песни петь мне в нём.
И будут кисть рябины за окном,
И даль лесная синяя, как море.
Реченька моя
Реченька моя извилистая.
Дно у реченьки моей илистое.
Берега у реченьки туманные.
В заливных лугах росы пьяные.
Речка быстрая с перекатами
Между зорьками течёт, да закатами.
Между елями течёт, между соснами,
Между зимами течёт, между вёснами.
Речка чистая, речка светлая.
Речка скромная, незаметная.
Вот Ракитов куст, вот смородина.
Моя реченька – моя Родина.
Я гляжусь в неё, думу думаю
Про родимый край, про судьбу мою.
Здесь мой первый шаг, здесь закончу путь,
От земных трудов лягу отдохнуть.
Проводи меня за Калинов мост
Там, где Божий храм, родовой погост.
Моя реченька будет рядом течь,
Убаюкивать, мой покой стеречь.
Речка чистая, речка светлая.
Речка скромная, незаметная.
Вот Ракитов куст, вот смородина.
Моя реченька – моя Родина.
Родник моей земли
Родник моей земли, он вечно молод.
Бурлит себе в овражке над рекой.
Не замолкает в самый лютый холод.
Не исчезает в самый жуткий зной.
Его живой напоенный водицей
Поёт и пляшет в избах самовар.
И у людей светлеют сразу лица,
Когда над нимструится лёгкий пар.
От родничка весёлый ручеёк
Пустился по канавке наутёк.
Беги, беги, родименький, беги,
Да чудную водичку береги.
Беги, беги, счастливого пути.
Моря и океаны впереди.
Душе моей во век не знать остуды,
Пока бурлит и летом, и зимой
На радость нам дарованное чудо -
Родник моей земли в овражке над рекой.
На изгороди девочка сидела
Я брёл в полях, дорог не разбирая.
Давно уже убрали урожай.
И перелётных птиц за стаей стая
Тянулись к югу, оглашая даль.
На изгороди девочка сидела
Совсем одна среди пустых полей.
С тех пор уже полвека пролетело,
А я всё время думаю о ней.
В фуфаечке, в резиновых сапожках,
Повязана платочком, лет семи,
Как грустный воробей, сидела крошка
От деревеньки и людей вдали.
В щемящем чувстве Родины,которым
Отмечен в памяти моей тот странный вид -
Посредине русского простора
На изгороди девочка сидит.
А может в это самое мгновенье,
В осенней неприкаянной глуши
Происходило таинство рожденья
Той самой, непонятной всем, души.
И где же ты теперь, моя малютка?
Куда тебя сманили журавли?
Мечтательница, птичка, незабудка,
Сокровище неласковой земли.
